publikacii.jpg



Законопроект о финансовом оздоровлении

Минэкономразвития хочет, что бы как можно больше компаний-банкротов выживали и продолжали работать. Для этого предлагается внести ряд изменений в закон о несостоятельности. Законопроект о финансовом оздоровлении уже до конца февраля может оказаться в Госдуме. Какие возможности он дает кредиторам и должникам обсудим сегодня в программе. В гостях у РБК Андрей Крупский, Управляющий партнер Юридической компании «Лемчик, Крупский и Партнеры».

Павел Демидович:

Законодательство о банкротстве в ныне существующем виде, наверное, можно отсчитывать от 2002 года, когда был принят соответствующий закон. Прошло 14 лет, можно, наверное, подвести некие итоги, несмотря на то, что закон непрерывно изменяется, в чем его плюсы и в чем его минусы.

Андрей Крупский

Основой акцент нашего закона сегодня это все-таки цель закрыть предприятие. То есть если мы глобально сформулируем общие выводы и практику, к сожалению, статистика восстановления предприятия после введения процедуры банкротства минимальна, то есть меньше 1%.

Павел Демидович

В этом смысле закон выглядит как «киллер закон». Который пытается убить хоть плохо, но работающую компанию, вместо того что бы попытаться вдохнуть в нее жизнь. С чем связан этот уклон?

Андрей Крупский

На самом деле закон закладывает изначальные механизмы, которые позволяют восстановить платежеспособность и продолжить предприятию работать. Но они все не имеют под собой практической реализации. Государство, сейчас подвело итоги и пришло к выводу, что если это будет таким темпом продолжаться, то нас ждет сокращение экономики и надо вносить корректировки именно в сами механизмы, которые в принципе заложены изначально в закон, чтобы предприятия могли иметь возможности приходить в суд не для того, чтобы закрыться, а чтобы продолжить работу.  Поэтому тот законопроект, который мы обсуждаем, подталкивает компании задуматься о банкротстве как о способе восстановления, а не способе закрытия. Основной итог состоит в том, что сейчас закон о банкротстве применяется только для того, что бы побыстрее закрыть предприятие и списать оставшиеся долги.

Павел Демидович

А если суть закона сейчас прежде всего в том, чтобы побыстрее закрыть предприятие и списать долги , то с точки зрения кредиторов, это наверное не очень удачная схема и кредиторы вряд ли в восторге от того, что закон работает таким образом, поскольку они прежде всего теряют деньги.

Андрей Крупский

Именно поэтому была активная дискуссия инициированная именно банковским сектором в первую очередь о необходимости принципиальной корректировки закона. И все это имело своим следствием изменение закона. С 2015 года он был активно и сильно изменен в пользу кредиторов, позволил банкам гораздо быстрее и достаточно эффективно выходить в процедуру, взыскивать свое имущество и быть первыми закрывая предприятие. Поэтому работа по усилению и увеличению полномочий кредиторов велась, неоднократные изменения позволяли и расширяли возможности кредиторов. Что конечно негативно отразилось на должниках, они были против, они пытались контраргументировать и практика им позволяла это делать.

Павел Демидович

Если посмотреть на практику: статистика за 2012-2014 год, то среди тех процедур, которые в это время суды объявляли, то конкурсное производство было абсолютным лидером, было объявлено 42,3 тысячи. Что касается реабилитационных процедур, там копеечные цифры, под внешнее управление всего лишь не многим более 2-х тысяч , мировым соглашением закончились  менее 2-х тысяч – 1700 дел, финансовым оздоровлением всего лишь 181 случай, но хуже всего на самом деле это результаты, потому что по мировым соглашениям лишь в 58 из 2 000 погасили задолженности. Процедура хорошая, почему не работает?

Андрей Крупский

Это как раз и подтверждает тот тренд, те результаты, которые закон в своей практике имел, что изначально имеет своей целью закрытие предприятие, это собственно статистика и подтверждает необходимость корректировки закона. Поэтому Минэкономразвития и озабочен этим вопросом. Поэтому те изменения, которые обсуждаются на рабочих группах государства, они и хотят подтолкнуть нас более позитивно мыслить с точки зрения применения этого закона. Само название федерального закона хотят переименовать, что бы звучало не только слово несостоятельность, но и финансовое оздравление тоже.

Тот законопроект который мы сейчас  имеем, достаточно детальный, подробный и рассказывает о том как внедрить эту процедуру именно финансовое оздравление . Правильно заметили, что конкурсное производство лидер и практически все процедуры банкротства заканчиваются в конечном итоге этим этапом, что лишний раз подчеркивает эффективность существующих иных этапов. В том числе поэтому, обсуждаемый закон хочет сократить срок наблюдения первого этапа который как правило, с которого начинается процедура, либо сделать вообще возможным его перескочить и сразу уйти в финансовое оздравление. Все эти корректировки призваны придать принципиально новое качество новому закону. Здесь какой-то аналог хочется приводить и ровняться на развитые страны.

Кризис 2008 года показал, что с точки зрения общих тенденций, Америка относится к банкротству как к абсолютно рабочему механизму, который следует включать в кризис. В 2008 году они сделали это достаточно по большим компаниям и цель была именно восстановить платежеспособность. То есть аналог этой работы видимо воспринят Минэкономразвитием и те корректировки, которые мы надеемся будут приняты, имеют своей целью заложить механизмы, сделать их реальными с точки зрения практик, что бы мы могли именно выходить и поднимать вопрос, что я готов восстановить платежеспособность, пожалуйста, меня сейчас не губите, дайте мне мораторий на погашение, не начисляйте, не взыскивайте, не отнимайте имущество? я восстановлюсь.

Павел Демидович

Но были слухи о том, что и с имуществом могут быть определенные проблемы, в том числе и у кредиторов, если говорить о кредитных организациях, поскольку впереди очереди вдруг в какой-то момент оказалась Федеральная налоговая служба, представляющая интересы бюджета.

Андрей Крупский

Сейчас мы все понимаем, что бюджет нуждается в поддержке. Мы видим это даже в по работе, которая идет по сопровождению налоговых проверок в текущим периоде. налоговая стала достаточно  более агрессивно себя вести. Экономическая составляющая всего этого нам ясна. С точки зрения права и законопроекта, который мы обсуждаем, есть определенное опасение, что бюджету будет уделено больше возможностей и он пойдет в приоритете по сравнению с другими кредиторами. Это опасение других кредиторов, реального бизнеса, который мы сопровождаем.Здесь обсуждается два возможных подхода: первый это то, что налоговая сможет взыскивать налоги за счет имущества. Если наложен арест на имущество предприятия, в этом случае налоговые органы получают статус залогового кредитора, а это в принципе самый приоритетный и качественный кредитор в процедуре, но однозначно это бы ущемляло права других кредиторов и банков в том числе. Поэтому возможно,что закон родится в не менее агрессивном виде, но уже без имущества и будет изменена очередность погашения долгов, бюджет будет поставлен в приоритет. Сейчас, я напомню, все кредиторы, имеющие денежные требования взыскиваются на ровне, то существует вероятность и такой проект, что налоги будут впереди всех остальных денежных требований.

Павел Демидович

Для того что бы закрыть те бюджетные проблемы которые у нас сейчас есть.

Андрей Крупский

На самом деле да, но этот тренд немного страннее, потому что налоговые уже сейчас имеют достаточно эффективные механизмы взыскания  средств. Напомним, что это тот долг перед налоговой, который существует. Он неизбежно влечет обсуждение с правоохранительными органами статьи об уклонения от уплаты налогов. Это обязательная процедура, и это уже напрягает кредиторов.