main.jpg



Всегда ли ликвидация льготная: первые судебные прецеденты

Спицин А.Б[1]. был привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного ст. 220.2 НК РФ и п. 1 ст. 122 НК РФ, с соответствующим доначислением сумм НДФЛ и штрафа.

Согласно обстоятельствам дела, Спицин А.Б. выступал 100% акционером и контролирующим лицо компании, зарегистрированной на территории Британских Виргинских Островов (далее – «BVICo»). Указанную компанию Спицин А.Б. ликвидировал и в рамках п. 60 ст. 217 НК РФ заявил в НДФЛ доходы, не подлежащие налогообложению, в виде дивидендов и прав требований к самому себе.

Исследовав документы, налоговая инспекция и суды пришли к выводу о неправомерности включения дивидендов и прав требований к доходам, не подлежащим налогообложению согласно п. 60 ст. 217 НК РФ ввиду следующего.

Налоговый орган счел, что в отношении доходов от долевого участия в иностранной организации, полученных в виде дивидендов, п. 60 ст. 217 НК РФ не применяется, так как в указанном пункте четко говорится именно о доходах, полученных от ликвидации, а не от участия в иностранной организации. По мнению налогового органа, указанные доходы подлежат обложению НДФЛ в общеустановленном порядке.

Кроме того, указанные дивиденды не были учтены в ликвидационном балансе BVICo, приложенном к декларации 3-НДФЛ.

Таким образом, суды пришли к выводу, что дивиденды, полученные от BVICo освобождению от налогообложения не подлежат.

В отношении прав требований к самому себе суды указали, что в рассматриваемом случае Спицин А.Б. получил не имущественное право, поименованное в п. 60 ст. 217 НК РФ, а материальную выгоду, освобождение которой не предусмотрено указанной статьей.

Поскольку должник и кредитор совпали в одном лице, то налогоплательщиком было получено не имущество в натуральной форме, а возникла материальная выгода в виде суммы не подлежащего возврату в пользу кредитора (ликвидированной иностранной компании) долга (основной суммы займа и начисленных процентов).

Таким образом, судами было установлено, что при ликвидации BVICo у Спицина А.Б., выступающего в качестве заёмщика, на основании ст. 413, ст. 419 ГК РФ прекращается обязательство вернуть сумму долга BVICo, в связи с чем возникает материальная выгода, не предусмотренная положениями п. 60 ст. 217 НК РФ, которая подлежит налогообложению в общеустановленном порядке.



[1] Апелляционное определение Московского городского суда от 14.02.2020 адм. дело № 33а-972/2020