main.jpg



Разъяснения Верховного Суда по обязательственному праву

Пожалуй, самым главным событием уходящего места стало появление на свет нового Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского Кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – «Постановление Пленума»). Наиболее ожидаемые разъяснения были следующие:

1) Достаточно часто в нашей практике мы сталкиваемся с необходимостью сопровождения процедуры расторжения договора. Суд снова подтвердил норму, согласно которой «право на односторонний отказ от исполнения обязательства либо на изменение его условий может быть предусмотрено договором для лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в отношениях между собой, а также для лица, не осуществляющего предпринимательскую деятельность, по отношению к лицу, осуществляющему предпринимательскую деятельность (абзац первый пункта 2 статьи 310 ГК РФ)» (абз. 2 п. 10 Постановления Пленума).

2) Значимым также видится уточнение суда касательно статьи 450. 1 ГК РФ «Отказ от договора (исполнения договора) или от осуществления прав по договору». Верховный Суд установил, что «в силу пункта 1 статьи 450.1 ГК РФ право на одностороннее изменение условий договорного обязательства или на односторонний отказ от его исполнения может быть осуществлено управомоченной стороной путем соответствующего уведомления другой стороны. Договор изменяется или прекращается с момента, когда данное уведомление доставлено или считается доставленным по правилам статьи 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон».

Безусловно, доказать наличие «установившейся практики» и убедить суд признать направление уведомления надлежащим образом будет достаточно сложно, поэтому лучше все-таки предусматривать четкий порядок взаимодействия сторон в тексте договора или дополнительного соглашения.

Напомним, что в соответствии со статьей 165.1 ГК РФ сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

3) Согласно п. 15 Постановления Пленума, предусмотренное диспозитивной нормой или договором право на односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, или на одностороннее изменение условий такого обязательства может быть обусловлено по соглашению сторон необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне обязательства (пункт 3 статьи 310 ГК РФ).

Однако тут же Суд отмечает, что если право на односторонний отказ от исполнения обязательства или на одностороннее изменение условий обязательства установлено императивной нормой, например, абзацем вторым пункта 2 статьи 610 ГК РФ, то включение в договор условия о выплате денежной суммы в случае осуществления стороной этого права не допускается (пункт 1 статьи 422 ГК РФ). Такое условие договора является ничтожным, поскольку оно противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства (пункт 2 статьи 168 и статья 180 ГК РФ).

Равным образом, указывает Суд, по смыслу пункта 3 статьи 310 ГК РФ не допускается взимание платы за односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий, вызванные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства другой его стороной.

4) Немало обсуждений вызвала новая редакция статьи 313 ГК РФ «Исполнение обязательства третьим лицом». По смыслу статьи выходит, что любое третье лицо, даже не имея интереса, может исполнить обязательство за должника. В таком случае к нему переходят права кредитора.

Большую обеспокоенность в данном случае вызывала возможность злоупотребления третьим лицом (например, уплата долга за должника с целью аккумулирования суммы задолженности и получения преимуществ при его банкротстве). В Постановлении Пленума даются четкие указания на этот счет:

«Вместе с тем на основании статьи 10 ГК РФ суд может признать переход прав кредитора к третьему лицу несостоявшимся, если установит, что, исполняя обязательство за должника, третье лицо действовало недобросовестно, исключительно с намерением причинить вред кредитору или должнику по этому обязательству, например, в случаях, когда третье лицо погасило лишь основной долг должника с целью получения дополнительных голосов на собрании кредиторов при рассмотрении дела о банкротстве без несения издержек на приобретение требований по финансовым санкциям, лишив кредитора права голосования».

5) Наконец, суд дал немаловажные объяснения касательно расчетов в иностранной валюте. Приведем лишь некоторые положения:

Пункт 29 Постановления Пленума устанавливает, что стороны вправе в соглашении установить курс пересчета иностранной валюты (условных денежных единиц) в рубли или установить порядок определения такого курса.

Признание судом недействительным условия договора, в котором иностранная валюта является средством платежа, не влечет признания недействительным договора в целом, если можно предположить, что договор был бы заключен и без этого условия (статья 180 ГК РФ). В этом случае, если денежное обязательство не было исполнено, валютой платежа считается рубль (абзац 3, п. 31)

Требование о взыскании денежных средств в иностранной валюте, выступающей валютой платежа, подлежит удовлетворению, если будет установлено, что в соответствии с законодательством, действующим на момент вынесения решения, денежное обязательство может быть исполнено в этой валюте (статья 140 и пункты 1 и 3 статьи 317 ГК РФ). В таком случае взыскиваемые суммы указываются в резолютивной части решения суда в иностранной валюте.

 

И напоследок о Постановлении Пленума хотелось бы отметить, что им были также разрешены некоторые проблемы, касающиеся депозита суда:

Во-первых, Суд снова подчеркнул, что в соответствии с пунктом 1.1 статьи 327 ГК РФ соглашением сторон может быть установлено, что должник обязан производить исполнение путем внесения денежных средств или ценных бумаг в депозит нотариуса независимо от случаев, предусмотренных пунктом 1 этой статьи.

Во-вторых, в абзаце 2 п. 55 Постановления Пленума говорится о том, нотариус не вправе возвращать названные денежные средства и ценные бумаги должнику, если от кредитора поступило заявление об их получении. До настоящего момента проблема возможности возврата должнику внесенных им средств в депозит суда стояла достаточно остро, каждый нотариус эту проблему решал по-своему.

В-третьих, как установлено в п. 56 Постановления Пленума, в случае начисления дохода на переданные в депозит нотариуса денежные средства или по переданным в депозит нотариуса ценным бумагам право на получение такого дохода за период их нахождения в депозите принадлежит кредитору, получившему денежные средства или ценные бумаги из депозита. В случае возврата внесенных в депозит нотариуса денежных средств или ценных бумаг должнику по его требованию (пункт 3 статьи 327 ГК РФ) право на получение указанного дохода принадлежит должнику.

 

Монченко Ольга, Помощник юриста