main.jpg



Практика «Сопровождение процедур банкротства» о привлечении бенефициаров и защите клиентов от субсидиарной ответственности

Команда Юристов практики ЛКП «Сопровождение процедур банкротства» представляет Вашему вниманию два особо результативных дела из всего массива сопровождаемых споров.

В течение нескольких месяцев юристы ЛКП параллельно вели работу по нескольким делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. В одном из дел юристы ЛКП добивались взыскания денежных средств с недобросовестного руководителя компании, а в другом – защищали клиентов от субсидиарной ответственности.

Результатом указанных споров стали успешное взыскание в пользу клиентов более 53 миллионов рублей в порядке субсидиарной ответственности, а также защита привлекаемых клиентов от финансовых претензий на сумму свыше 270 миллионов рублей.

 

Нападение

В Лемчик, Крупский и Партнеры обратился бизнесмен с просьбой о помощи во взыскании денежных средств с контрагента-банкрота. В начале проекта Юристы ЛКП провели комплексное исследование финансового состояния должника с опорой на имеющиеся документы. Требования Клиента были включены в реестр требований кредиторов должника. По итогам исследования Консультанты предложили стратегию привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам компании.

Консультанты выявили несколько оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Во-первых, руководство должника не исполнило обязанность обратиться с заявлением о банкротстве собственной компании после возникновения кризисной ситуации в бизнесе. Данное бездействие стало причиной дальнейшего увеличения долговых обязательств.

Во-вторых, бывший директор должника осуществил списание Запасов на сумму свыше 70 миллионов рублей по причине пожара на складе. Данные действия, вероятно, прикрывали собой вывод имущества из организации.

Команда Юристов практики «СПБ» разработала правовую позицию, в соответствии с которой:

- Консультанты установили дату возникновения объективного банкротства,

- доказали, что долговые обязательства перед Клиентом возникли после даты объективного банкротства должника,

- списание активов являлось совокупностью гражданско-правовых сделок, повлекших существенный вред для интересов кредиторов должника.

Сбор доказательственной базы был осуществлен консультантами в кратчайшие сроки. Между тем, на своем пути команда ЛКП столкнулась с отчаянным сопротивлением оппонента, который заручился поддержкой арбитражного управляющего должника. Арбитражный управляющий оказывал противодействие взысканию денег с бывшего руководителя должника.

В заседании суда первой инстанции после многочасовых баталий вердикт суда оказался неблагосклонен к позиции нашего Клиента. В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности было отказано.

Консультантам пришлось обжаловать незаконные действия арбитражного управляющего. Опасность дисквалификации побудила его прекратить недобросовестное поведение в процедуре банкротства.

Устранив влияние арбитражного управляющего, команда Юристов практики «СПБ» подготовила исключительную позицию для обжалования решения суда в апелляционной инстанции.

Судебное заседание во второй инстанции длилось не менее полутора часов. Команда юристов практики сумела обратить внимание тройки судей на значительные нарушения, допущенные при рассмотрении и разрешении спора судом первой инстанции. Десятый арбитражный апелляционный суд перешел к повторному рассмотрению дела в полном объеме.

 

В судебном заседании дискуссия развернулась по следующим ключевым вопросам:

Момент возникновения признаков объективного банкротства

При новом рассмотрении дела команде ЛКП удалось доказать конкретную дату, по состоянию на которую кризис в компании стал необратим, а восстановление платежеспособности оказалось невозможно. В суде были оглашены такие показатели, как коэффициент абсолютной ликвидности, коэффициент текущей ликвидности, обеспеченность должника активами, коэффициент автономии, коэффициент рентабельности активов и так далее. Доводы юристов ЛКП были основаны на первичной документации и отчете временного управляющего.

Оппоненты строили свою позицию, основываясь на высоких показателях в структуре бухгалтерского баланса. По их мнению, финансовые показатели свидетельствовали об отсутствии кризиса в компании. Указанный довод был парирован аргументом о зависимости содержания бухгалтерского баланса от субъекта его составляющего. Позиция консультантов была подкреплена актуальными правовыми позициями судов по аналогичным спорам.

 

Момент возникновения обязательства должника перед клиентом ЛКП

В качестве оборонительного довода оппоненты также указали на факт заключения договора с клиентом ЛКП в 2012 году, то есть до заявляемого объективного банкротства, наступившего в конце 2013 года.

Между тем, следует учитывать, что в длящихся правоотношениях возникновение долгового обязательства определяется с учетом фактических периодов образования задолженности. В рассматриваемом случае долговые обязательства возникли в середине 2014 года из товарных накладных, хотя договор поставки был заключен в 2012 году. Суд первой инстанции допустил существенное нарушение, не принимая во внимание вышесказанное.

В суде апелляционной инстанции позиция консультантов ЛКП была воспринята, а требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию неподачи заявления о признании должника банкротом было удовлетворено.

Мотивы списания запасов на сумму свыше 70 миллионов рублей

В обоснование необходимости списания запасов оппонент представил акты списания материальных ценностей, справку из МЧС по факту пожара, а также постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела по факту пожара.

Команда Юристов ЛКП представила мотивированную позицию, в которой указывалось на отсутствие в справке о пожаре сведений об уничтоженных и поврежденных ценностях. Отмечалось также, что постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела было принято фактически по причине неявки заявителя к следователю.

Более того, Юристы ЛКП указали на то, что бывшим руководителем должника не были представлены:

- доказательства, подтверждающие формирование цены списанных запасов,

- доказательства, свидетельствующие о том, каким образом списанные запасы были утилизированы;

- не было обосновано списание готовой продукции.

Специалистами также были исследованы сами акты списания Запасов и выявлены недостатки, среди которых можно отметить нарушение нумерации актов и несоответствие стоимости списанных товаров заявленным в акте видам продукции.

Благодаря активной позиции специалистов практики «СПБ» оформление утраты товаров актами списания материальных ценностей было воспринято апелляционным судом как действия, прикрывающие вывод активов из организации.

 

Существенный вред

В заключение команде Юристов ЛКП оставалось доказать факт причинения существенного вреда совершенными списаниями.

Консультанты настаивали на квалификации взаимосвязанных действий по списанию в качестве крупной сделки на основании статьи 46 Федерального закона №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». Сумма списаний составила 47% общей балансовой стоимости активов должника на соответствующий календарный год.

Итогом спора с оппонентами стал вывод суда апелляционной инстанции о необходимости квалификации совокупности односторонних сделок по списанию в качестве крупной сделки, причинившей существенный вред имущественным правам кредиторов.

 

Исход

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда решение суда первой инстанции было отменено. По существу рассмотренного спора апелляционный суд постановил взыскать с бывшего руководителя должника более 53 миллионов рублей в порядке субсидиарной ответственности, что покрывает размер требований всех кредиторов должника вместе взятых. Ответчик был привлечен к ответственности по обоим основаниям: за необращение в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве и за причинение существенного вреда совокупностью сделок по списанию запасов.

Задача специалистов практики ЛКП «Сопровождение процедур банкротства» была успешно выполнена.

Команда практики «Сопровождение процедур банкротства» обращает внимание, что по общему правилу, на заявителе лежит бремя доказывания оснований для возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот возлагает на КДЛ бремя опровержения заявленных кредитором утверждений, и уже КДЛ должно доказать, почему письменные документы и иные косвенные доказательства заявителя не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения.

Защита

В Лемчик, Крупский и Партнеры обратились бывшие руководители обанкротившейся компании с просьбой о их защите от субсидиарной ответственности. Будучи отцом и сыном, они посменно руководили организацией. Но не так давно в отношении компании была инициирована процедура банкротства.

Кредиторы должника, не получившие деньги от реализации имущества, решили привлечь отца и сына к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам компании и требовали взыскать с ответчиков свыше 270 миллионов рублей солидарно.

Заявители утверждали, что бывшие руководители должника нарушили обязанность обратиться с заявлением о банкротстве организации в арбитражный суд. Указывалось на наличие в 2016-2017 годах неисполненных обязательств, в том числе перед налоговым органом. Факт неоплаты задолженности воспринимался заявителями как безусловное доказательство неплатежеспособности организации.

Однако данное основание для привлечения к ответственности было не единственным. В судебном заседании заявлялось также о причинении существенного вреда имущественным права кредиторов вследствие заключения договора по привлечению займа в размере 50 миллионов рублей.

Между тем, Юристам ЛКП удалось парировать заявленные доводы.

Во-первых, под неплатежеспособностью понимается не просто прекращение исполнения должником денежных обязательств, а прекращение, вызванное недостаточностью денежных средств.

Во-вторых, в силу сложившейся судебной практики для определения момента возникновения у контролирующих должника лиц обязанности обратиться с заявлением, необходимо учитывать результат обжалования в апелляционной инстанции спора по обязательству с кредитором. Если решение в апелляции принято в пользу должника, то срок исчисляется с момента вынесения постановления суда апелляционной инстанции, а если нет, то с даты, когда решение суда первой инстанции вступило бы в силу.

Более того, по смыслу Закона о банкротстве заявители должны были доказать следующие важные обстоятельства:

- по какому именно основанию, предусмотренному п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд;

- когда именно он обязан был обратиться с заявлением;

- какие именно обязательства возникли после истечения срока на обращение в арбитражный суд.

Команда практики «СПБ» обратила внимание суда на недоказанность перечисленных обстоятельств.

Однако позиция консультантов сводилась не только к отрицанию заявляемых фактов. Исходя из информации о деятельности компании-банкрота в последние месяцы своего существования был выявлен и описан экономически обоснованный план по выходу из кризисной ситуации. К данном плану были отнесены заключенные накануне банкротства государственные и муниципальные контракты, стоимость работ по которым достигала значительных сумм с учетом масштаба предприятия. Практика «СПБ» доказала, что КДЛ велись переговоры о предоставлении рассрочки исполнения по определенным договорам.

Выверенная правовая позиция юристов практики «СПБ» заставила арбитражный суд принять решение об отказе в удовлетворении заявленных требований по основанию неподачи заявления о банкротстве.

Юристам ЛКП также удалось доказать, что в период до и после совершения сделки должник находился в устойчивом финансовом положении, а действия руководителей не выходили за пределы стандартной управленческой практики. Упомянутый экономически обоснованный план и заключенные контракты на сумму свыше 250 миллионов рублей позволяли компании в будущем расплатиться по обязательствам из договора займа.

Единственным препятствием для нормального функционирования организации и последующего погашения обязательств стала подача одним из кредиторов заявления о банкротстве. После введения наблюдения сроки исполнения по всем обязательствам были признаны наступившими, что явилось главной причиной ухудшения финансового состояния компании.

Заявители также не доказали наличие существенного вреда для должника от заключения договора по привлечению займа. Этот факт, а также отсутствие вины бывших руководителей в неисполнимости совершенной сделки были приняты судом в качестве достаточных аргументов для отказа в удовлетворении требований заявителей.

Арбитражный суд принял сторону юристов ЛКП, а наши Клиенты не были привлечены к субсидиарной ответственности в размере свыше 270 миллионов рублей.

 

Команда практики «Сопровождение процедур банкротства» обращает внимание, что хоть Закон о банкротстве и расширил круг лиц, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, хоть данный Закон и установил дополнительные презумпции вины КДЛ в том, что компания стала банкротом (раньше их было 3, теперь 5), но все же в абзаце втором пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» содержатся разъяснения, указывающие на возможность освобождения руководителя от ответственности либо уменьшение ее размера, если он докажет, что он, в том числе, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление, выполняя экономически обоснованный план.

 

Мы считаем, что у каждого лица есть право на судебную защиту, однако такая защита должна быть надежной, а защитники компетентными специалистами.