main.jpg



Андрей Крупский в эфире РБК обсудил законопроект о финансовом оздоровлении

Минэкономразвития хочет, что бы как можно больше компаний-банкротов выживали и продолжали работать. Для этого предлагается внести ряд изменений в закон о несостоятельности. Законопроект о финансовом оздоровлении уже до конца февраля может оказаться в Госдуме. Какие возможности он дает кредиторам и должникам обсудим сегодня в программе. В гостях у РБК Андрей Крупский, Управляющий партнер Юридической компании «Лемчик, Крупский и Партнеры».

Видео на сайте РБК

Павел Демидович

Законодательство о банкротстве в ныне существующем виде, наверное, можно отсчитывать от 2002 года, когда был принят соответствующий закон. Прошло 14 лет, можно, наверное, подвести некие итоги, несмотря на то, что закон непрерывно изменяется, в чем его плюсы и в чем его минусы.

Андрей Крупский

Основой акцент нашего закона сегодня это все-таки цель закрыть предприятие. То есть если мы глобально сформулируем общие выводы и практику, к сожалению, статистика восстановления предприятия после введения процедуры банкротства минимальна, то есть меньше 1%.

Павел Демидович

В этом смысле закон выглядит как «киллер закон». Который пытается убить хоть плохо, но работающую компанию, вместо того что бы попытаться вдохнуть в нее жизнь. С чем связан этот уклон?

Андрей Крупский

На самом деле закон закладывает изначальные механизмы, которые позволяют восстановить платежеспособность и продолжить предприятию работать. Но они все не имеют под собой практической реализации. Государство, сейчас подвело итоги и пришло к выводу, что если это будет таким темпом продолжаться, то нас ждет сокращение экономики и надо вносить корректировки именно в сами механизмы, которые в принципе заложены изначально в закон, чтобы предприятия могли иметь возможности приходить в суд не для того, чтобы закрыться, а чтобы продолжить работу.  Поэтому тот законопроект, который мы обсуждаем, подталкивает компании задуматься о банкротстве как о способе восстановления, а не способе закрытия. Основной итог состоит в том, что сейчас закон о банкротстве применяется только для того, что бы побыстрее закрыть предприятие и списать оставшиеся долги.

Павел Демидович

А если суть закона сейчас прежде всего в том, чтобы побыстрее закрыть предприятие и списать долги , то с точки зрения кредиторов, это наверное не очень удачная схема и кредиторы вряд ли в восторге от того, что закон работает таким образом, поскольку они прежде всего теряют деньги.

Андрей Крупский

Именно поэтому была активная дискуссия инициированная именно банковским сектором в первую очередь о необходимости принципиальной корректировки закона. И все это имело своим следствием изменение закона. С 2015 года он был активно и сильно изменен в пользу кредиторов, позволил банкам гораздо быстрее и достаточно эффективно выходить в процедуру, взыскивать свое имущество и быть первыми закрывая предприятие. Поэтому работа по усилению и увеличению полномочий кредиторов велась, неоднократные изменения позволяли и расширяли возможности кредиторов. Что конечно негативно отразилось на должниках, они были против, они пытались контраргументировать и практика им позволяла это делать.

Павел Демидович

Если посмотреть на практику: статистика за 2012-2014 год, то среди тех процедур, которые в это время суды объявляли, то конкурсное производство было абсолютным лидером, было объявлено 42,3 тысячи. Что касается реабилитационных процедур, там копеечные цифры, под внешнее управление всего лишь не многим более 2-х тысяч , мировым соглашением закончились  менее 2-х тысяч – 1700 дел, финансовым оздоровлением всего лишь 181 случай, но хуже всего на самом деле это результаты, потому что по мировым соглашениям лишь в 58 из 2 000 погасили задолженности. Процедура хорошая, почему не работает?

Андрей Крупский

Это как раз и подтверждает тот тренд, те результаты, которые закон в своей практике имел, что изначально имеет своей целью закрытие предприятие, это собственно статистика и подтверждает необходимость корректировки закона. Поэтому Минэкономразвития и озабочен этим вопросом. Поэтому те изменения, которые обсуждаются на рабочих группах государства, они и хотят подтолкнуть нас более позитивно мыслить с точки зрения применения этого закона. Само название федерального закона хотят переименовать, что бы звучало не только слово несостоятельность, но и финансовое оздравление тоже.

Тот законопроект который мы сейчас  имеем, достаточно детальный, подробный и рассказывает о том как внедрить эту процедуру именно финансовое оздравление . Правильно заметили, что конкурсное производство лидер и практически все процедуры банкротства заканчиваются в конечном итоге этим этапом, что лишний раз подчеркивает эффективность существующих иных этапов. В том числе поэтому, обсуждаемый закон хочет сократить срок наблюдения первого этапа который как правило, с которого начинается процедура, либо сделать вообще возможным его перескочить и сразу уйти в финансовое оздравление. Все эти корректировки призваны придать принципиально новое качество новому закону. Здесь какой-то аналог хочется приводить и ровняться на развитые страны.

Кризис 2008 года показал, что с точки зрения общих тенденций, Америка относится к банкротству как к абсолютно рабочему механизму, который следует включать в кризис. В 2008 году они сделали это достаточно по большим компаниям и цель была именно восстановить платежеспособность. То есть аналог этой работы видимо воспринят Минэкономразвитием и те корректировки, которые мы надеемся будут приняты, имеют своей целью заложить механизмы, сделать их реальными с точки зрения практик, что бы мы могли именно выходить и поднимать вопрос, что я готов восстановить платежеспособность, пожалуйста, меня сейчас не губите, дайте мне мораторий на погашение, не начисляйте, не взыскивайте, не отнимайте имущество? я восстановлюсь.

Павел Демидович

Но были слухи о том, что и с имуществом могут быть определенные проблемы, в том числе и у кредиторов, если говорить о кредитных организациях, поскольку впереди очереди вдруг в какой-то момент оказалась Федеральная налоговая служба, представляющая интересы бюджета.

Андрей Крупский

Сейчас мы все понимаем, что бюджет нуждается в поддержке. Мы видим это даже в по работе, которая идет по сопровождению налоговых проверок в текущим периоде. налоговая стала достаточно  более агрессивно себя вести. Экономическая составляющая всего этого нам ясна. С точки зрения права и законопроекта, который мы обсуждаем, есть определенное опасение, что бюджету будет уделено больше возможностей и он пойдет в приоритете по сравнению с другими кредиторами. Это опасение других кредиторов, реального бизнеса, который мы сопровождаем.Здесь обсуждается два возможных подхода: первый это то, что налоговая сможет взыскивать налоги за счет имущества. Если наложен арест на имущество предприятия, в этом случае налоговые органы получают статус залогового кредитора, а это в принципе самый приоритетный и качественный кредитор в процедуре, но однозначно это бы ущемляло права других кредиторов и банков в том числе. Поэтому возможно,что закон родится в не менее агрессивном виде, но уже без имущества и будет изменена очередность погашения долгов, бюджет будет поставлен в приоритет. Сейчас, я напомню, все кредиторы, имеющие денежные требования взыскиваются на ровне, то существует вероятность и такой проект, что налоги будут впереди всех остальных денежных требований.

Павел Демидович

Для того что бы закрыть те бюджетные проблемы которые у нас сейчас есть.

Андрей Крупский

На самом деле да, но этот тренд немного страннее, потому что налоговые уже сейчас имеют достаточно эффективные механизмы взыскания  средств . Напомним, что это тот долг перед налоговой, который существует. Он неизбежно влечет обсуждение с правоохранительными органами статьи об уклонения от уплаты налогов. Это обязательная процедура, и это уже напрягает кредиторов.

Krupskiy